Концептуальная трансформация

Глава 6. Концептуальная трансформация

GTR3: воля как сшивка противоречий

6. 1. Граница GTR2

Предыдущая глава дала субъекту символ — свободу от настоящего. Он научился замещать отсутствующее, связывать несвязуемое в пространстве, передавать свёртку другому и подчинять её формальным правилам. На символах встали язык, память о небывшем, рассуждение и план. Но в самом конце обнаружилась стена, которую символ не берёт.

Символы и нарративы описывают мир — и ничего в нём не предпочитают. Можно построить рассказ, высказать суждение, составить план; можно из одного и того же материала собрать разные нарративы. Но что выбрать, какой из возможных рассказов вести, ради чего предпочесть один другому — в самих символах не записано. GTR2 умеет строить структуру, но не умеет хотеть. Недостающее — не ещё один вид символа, а опора иного рода: то, что направляет выбор. Эта опора и есть предмет настоящего уровня.

6. 2. Пространство концептов

Каждая трансформация начинается со свёртки, и GTR3 не исключение. Свёртка GTR3 берёт интегрированную карту GTR2 — символы, высказывания, нарративы — и сворачивает её в инвариант более высокого порядка. Этот инвариант есть концепт.

Ход тот же, что и раньше, поднятый на ступень. В GTR1 свёртка отделяла объект от конкретной проекции: вещь становилась инвариантом, не привязанным к ракурсу. В GTR2 свёртка отделяла символ от сцены: смысл становился инвариантом, не привязанным к породившему его событию. В GTR3 свёртка отделяет концепт от нарратива: концепт есть то, что инвариантно во множестве рассказов, в которых оно являлось. «Справедливость» стягивает в одну единицу все нарративы, где справедливость действовала; «причина», «свобода», «друг» — так же. Концепт — это свёрнутый нарратив, отделённый от всякого конкретного рассказа.

Результат образует пространство MP31. Как и MP21, это одна большая карта, а не мультикарта: концепты разного происхождения сосуществуют рядом, на едином поле. У этого пространства есть имя, данное задолго до настоящей теории. То, что здесь названо концептом, Гегель называл понятием и положил в основу своей логики — движения мысли в чистой стихии понятий, оторванной и от вещей, и от рассказов о них.

6. 3. Расстояние между концептами

В пространстве объектов расстояние между двумя точками было b-вектором — возможностью перемещения. В пространстве символов расстояние было логической связкой — возможностью высказывания. Спросим о том же про пространство концептов: что есть расстояние между двумя концептами?

Возьмём два концепта — капитализм и коммунизм. Что лежит между ними? Не путь и не предикат. Между ними лежит противоречие. Расстояние между концептами в человеческом смысле есть мера их противоречия: чем глубже концепты противостоят, тем дальше они отстоят в концептуальном пространстве. Противоречие — это вектор GTR3, изоморфный b-вектору и логической связке нижних уровней.

И раз есть вектор, есть и сплайс. Как b-вектор позволял сшить субъекта с объектом в операцию (OPRN), а логическая связка — в высказывание (KLEN), так противоречие позволяет сшить два концепта в единицу нового рода. Эта единица — WILL. Здесь нужно остановиться, потому что выбор имени не случаен.

6. 4. Воля как сшивка противоречия

Сшить два концепта через разделяющее их противоречие — не нейтральная операция. Противоречие по определению есть то, что концепты разводит; соединить их вопреки противоречию значит совершить усилие, направленное против разрыва. Это усилие и есть воля. Сплайс концептуального уровня есть акт воли — потому единица и названа WILL.

Так разрешается вопрос, которым кончилась прошлая глава. Воля — не отдельная мистическая сила, добавленная к познанию извне. Воля есть сплайс GTR3, изоморфный операции OPRN и высказыванию KLEN: то самое, что на этом уровне сшивает разрозненное в связное. Где GTR1 сшивал движение, а GTR2 — суждение, GTR3 сшивает противоречие — и сшивка эта волевая по самой своей природе, потому что идёт против разводящей силы противоречия.

Разрешение противоречия не уничтожает его. Снятое противоречие сохраняется — как пройденный узел, как опыт, который теперь принадлежит субъекту. Гегель назвал это снятием и видел в нём мотор всякого развития: противоречие не дефект, который надо устранить, а сила, которая строит следующую ступень.

Существенно, что в его картине противоречие продуктивно — оно не тупик, а приглашение подняться выше. Тем же продуктивным противоречием движется и сплайс WILL: каждое снятие оставляет субъекта богаче, чем он был до столкновения концептов.

Здесь же проходит граница с теми, кто принял диалектику противоречий, но переосмыслил её основание. Маркс удержал механизм снятия, но перенёс его корень из движения чистой мысли в материальные условия: противоречия, по Марксу, коренятся не в логике понятий, а в социально-экономическом устройстве и классовой борьбе.

Спор о том, где располагается источник противоречия — в мысли или в веществе, — для архитектуры Гативус вторичен: важно, что противоречие есть вектор концептуального пространства и что его снятие есть волевой сплайс, независимо от того, чем питается само противоречие.

6. 5. Личность

Последний переход GTR3, цепочка, надстраивает последовательность над волевыми сплайсами — как в GTR1 цепочка надстраивала схему событий над операциями, а в GTR2 нарратив надстраивался над высказываниями. Объектами этой карты являются сами сплайсы WILL плюс техника их связывания. Результат — локальная карта, которую по ряду BLOM → KLOM следует назвать WLOM, и содержание её есть Личность.

Личность — это схема снятых противоречий. Не набор взглядов и не сумма мнений, а сшитая структура того, какие противоречия концептов субъект разрешил и каким образом. Каждый узел WLOM — снятое противоречие, сохранённое как пройденное; вся карта — история волевых разрешений, накопленная субъектом. Человек есть то, какие противоречия он снял и как: чем он поступился, что предпочёл, через какие разрывы провёл свою волю. Личность в этом смысле не дана заранее — она строится, узел за узлом, каждым актом снятия.

Это звено в картине Гегеля отсутствует. Он довёл движение понятий до их саморазвития, но не положил под него локальной карты, на которой откладывались бы индивидуальные разрешения. Между тем изоморфизм требует её: если на уровне событий есть BLOM, а на уровне высказываний — KLOM, то на уровне противоречий обязан быть WLOM. Личность — недостающая карта, восстановленная из симметрии уровней. То, что Гегель описывал как всеобщее движение духа, на уровне отдельного субъекта оседает именно сюда — в схему его снятых противоречий.

6. 6. Нисхождение воли к телу

Возникает естественный вопрос: если воля живёт среди концептов, как она вообще движет рукой? GTR3 не связан с мышцами. Он связан только с GTR2 — этажом ниже. Между концептом и сокращением мышцы лежат два уровня.

Ответ — в том же обратном ходе, что был введён для символов. Воля не дотягивается до тела напрямую; она опускает задачу вниз по уровням. Разрешённое противоречие разворачивается в нарратив на уровне GTR2: воля диктует, какой из возможных рассказов вести. Нарратив, в свой черёд, разворачивается в схему событий на уровне GTR1: рассказ становится последовательностью конкретных действий. И уже GTR1, имеющий доступ к мышцам, исполняет. Воля доходит до тела через два этажа развёртки: концепт → нарратив → событие → движение.

Это в точности гегелевское движение духа, который овнешняет себя, разворачиваясь в природу, а затем собирает себя обратно.

Нисхождение воли к телу есть развёртка концептуального уровня вниз, изоморфная развёртке символа в сцену из прошлой главы. А обратный ход — снизу вверх, от прожитого опыта к новому концепту, — есть свёртка: пережитое сворачивается обратно в понятие, обогащая пространство концептов. Жизнь и на этом уровне есть непрерывный прямой и обратный ход: воля нисходит в дело, опыт восходит в мысль, и оба движутся одновременно.

6. 7. GTR3 как основание

GTR3 повторяет устройство GTR2, как GTR2 повторял устройство GTR1: пространство, вектор, сплайс, цепочка; свёртка и развёртка; элементарные единицы и собранная карта. Но материал снова поднялся на ступень. GTR0 работал с веществом, GTR1 — с пространством и объектами, GTR2 — с символами и нарративами, GTR3 — с концептами и волей. Та же трансформация, оторвавшаяся ещё на шаг от непосредственно данного: теперь субъект оперирует не вещами, не их образами и даже не их символами, а инвариантами самих символов — и сшивает их собственной волей.

Приобретение GTR3 — способность предпочитать. Там, где GTR2 умел лишь строить нарративы, GTR3 умеет выбирать среди них: воля, снимая противоречие концептов, задаёт, ради чего ведётся рассказ и куда направляется действие. На этом стоит личность, ценность, выбор и поступок — всё то, что делает субъекта не описывающим мир устройством, а действующим в нём по собственной мере.